Кофе: свобода, равенство, просвещение. Часть 1



Вступление

«Кофейня – это место для общения, куда может прийти всякий: бедный и богатый, ученый и невежда. Кофейня – это… кладезь всяческих наук, ибо любознательный человек, желающий просветиться, может за один проведенный там вечер почерпнуть больше, чем за целый месяц усердного чтения книг. Ведь он без труда отыщет такую кофейню, где собираются люди, сведущие именно в интересующей его области… Один мой приятель, достойный и ученый человек, сказал как-то, что, по его мнению, в кофейнях можно получить не меньше знаний, чем в университетах…»  


Вполне, на мой взгляд, сносное вступление для завершения «кофейного цикла»… Обернемся на мгновение назад. В первой истории я рассказывал о виртуозах, которые еще в начале XVII века заинтересовались горьким восточным напитком и принялись расхваливать его целебные и тонизирующие свойства. Во второй - речь шла о коммерсантах, которые к середине столетия рассмотрели в кофе торговый потенциал и стали возить его из Мохи в Англию. В результате на Альбионе распространились кофейные дома, которые преобразили общественную жизнь страны, так что в 1680-х годах аптекарь Джон Хоутон написал, что «кофейня – это место для общения, куда может прийти всякий» и так далее и так далее. Об этом мы и поговорим в этой, заключительной, серии. Итак…

Двери открыты для всех

В старые добрые времена – до середины XVII века - любознательные англичане имели обыкновение собираться в домах богатых и знатных покровителей наук и искусств для обсуждения всевозможных материй, проведения экспериментов, обмена опытом и проч. Счастливый билет в такие цитадели учености доставался не каждому, что вполне объяснимо: мало нашлось бы благородных мужей, готовых принимать у себя всякий, пусть и склонный к просвещению, сброд. Ничего дурного в этом, конечно, нет, потому что общаться среди своих – много приятней и, что немаловажно, безопаснее: ведь устроители этих встреч часто владели обширными коллекциями картин, старинных книг, редких манускриптов, а равно тонкой дорогостоящей аппаратурой, подпускать к которой следовало только проверенных и сведущих людей. Опять же репутация… Совершенно естественно, что подобная замкнутость не позволяла знанию просачиваться в массы. Так что представители народа, в среде которого, как известно, можно отыскать немало талантов, оказывались не у дел.

Однако с появлением в стране многочисленных кофеен все изменилось. Первая из них возникла в 1650 году в Оксфорде, и ее тут же облюбовали университетские преподаватели и студенчество. А как же иначе, ведь заведение открыли специально для них. Оксфорд славился своими ориенталистами, усердно изучавшими историю и языки, культуру и обычаи, флору и фауну восточных стран. И среди них было немало любителей мусульманского напитка. А где как не в кофейне можно было славно посидеть в неформальной обстановке, не требовавшей соблюдения изнурительного этикета, и поговорить об интересующем предмете?!

Английская кофейня, гравюра 17 века

При этом кафе, в отличие от частного дома, было публичным пространством, открытым для каждого желающего выпить чашечку кофе и послушать умные разговоры. Таким образом люди, не имевшие отношения к университетской среде, получили возможность приобщиться к высокому.

В Лондоне первая кофейня появилась в 1652 году. За ней последовали другие. И тут история повторилась. Заведения охотно посещали виртуозы, которые под кофейный аромат с энтузиазмом обсуждали научные теории, философские трактаты, произведения искусства, заморские диковины, торговлю, политику, религию, литературу и многое другое. Интересующиеся посетители могли просто посидеть рядом, благоговейно внимая мудрым речам, а при наличии некоторой доли дерзости даже вставить свое слово.


Положение дел прекрасно иллюстрируют «Правила поведения в кофейнях» от 1674 года. Текст написан в стихах, но я переведу его грубой прозой: «Наши двери открыты для всех; каждый садится, где хочет независимо от титула или чина; если в зал входит важная особа, вставать не нужно».  

«First Gentry, tradesmen, all are welcome hither,
And may without affront sit down together:
Preeminence of place, none here should mind,
But take the next fit seat that he can find:
Nor need any, if finer persons come,
Rise up to assigne to them his room».

В этой связи стоит упомянуть и примечательное высказывание светоча английского Просвещения Джозефа Аддисона, который в начале XVIII века отметил, что: «Раньше общение, как и римская религия (католичество), было до такой степени перегружено церемониалом, что потребовалась Реформация, дабы убрать все лишнее и восстановить естественную красоту и здравый смысл. Поэтому сейчас под хорошим воспитанием подразумевается непосредственность поведения и открытость. Фешенебельное общество стало свободней и проще. Мы больше не придаем такого значения манерам…»

Джозеф Аддисон, портрет работы Готфрида Кнеллера, 1712 г.

Примечание
Не стоит, однако, думать, что этот великий человек поет оду бесцеремонности и нахальству: напротив, он говорит о том, что общество освободилось от бремени громоздкого этикета и усвоило культуру естественного, но вежливого обхождения. То есть речь идет о возникновении polite society.   

Поэтому неудивительно, учитывая такой уровень свободы, что кофейни стали излюбленным местом всех стремящихся к личностному росту людей. Ведь возможности там были поистине безграничные. Алчущий знаний человек мог найти себе наставника по любому предмету: современным и древним языкам, танцам, фехтованию, верховой езде, поэзии, математике, астрономии и… список может продолжаться до бесконечности. Так что кофейные дома совершенно заслуженно назывались «penny universities», где всего за один пенни ты получал чашку кофе, газету и море сведений.

Кроме того, многие кофейни специализировались на определенной сфере, что, согласитесь, очень удобно. К примеру, литераторы и острословы предпочитали собираться в Wills (основано в 1671 Уильямом Урвином). Среди его завсегдатаев был многоуважаемый поэт, драматург и т.д. Джон Драйден (1631-1700). А много лет спустя туда будет частенько наведываться звезда английской словесности Сэмюел Джонсон (отчасти специально для того, чтобы посидеть за столиком великого Драйдена).

Деловым людям атмосфера кофеен тоже была по вкусу. Из заведений, где господствовали холодный расчет и жажда прибыли стоит выделить три: Garraways (основано в 1669 Томасом Гарвейем) и Jonathans (основано 1680 Джонатаном Майлсом) - где спекулировали акциями, а также Lloyds (основано в 1688 Эдвардом Ллойдом) - где можно было купить с молотка корабль и застраховать груз. 

Кофейня Garraway's, 19 век

Курьез
Еще при жизни Эдварда Ллойда его кофейня, а впоследствии организация, стала полноценной страховой компанией. После его смерти в 1713 году бразды правления взял на себя Юлиус  Ангерштейн, которого считают отцом корпорации «Ллойд», так как он придал этому бизнесу изрядный размах. Примечательно то, что последний родился в Санкт-Петербурге от отца англичанина и русской матери. Так что мы можем смело утверждать, что у истоков страхового дела стоял наш соотечественник.

Кофейня Lloyd's, 19 век

Одним словом, во второй половине XVII века в Лондоне развелось невероятное по тем временам количество кофейных домов на любой вкус, в которых выработалось правило сродни русскому «в бане генералов нет». И пар в этих банях был хоть куда!

Хамам

Во второй половине XVII века в Англии (да и вообще в Европе – ведь не даром же Монтескье написал свои «Персидские письма» в 1721 году) в моду начали входить восточные мотивы. Факт этот, на мой взгляд, чрезвычайно интересен. Ведь с одной стороны, увлечение культурой врага (последняя битва христиан с Османской Империей на европейской территории произошла в 1683 году) кажется довольно странным. Но с другой - уж больно притягательной силой обладала экзотика, устоять перед которой было просто невозможно.

Венская битва 1683 года, картина работы Франца Геффельса

Тут, конечно, не обошлось без влияния на общественное мнение виртуозов, которые рьяно нахваливали восточную мудрость, уверяя, что никакого вреда, от того что мы воспользуемся их опытом, не будет. Кроме того, океанские воды неустанно бороздили корабли Ост-Индской компании, которая поставляла в Англию не только специи и пряности, но также персидский шелк, индийский хлопок и много историй о богатстве и великолепии восточных земель.

Владельцы кафе, естественно, не отставали от тренда, скорее, наоборот, были в его авангарде. К концу XVII века в Лондоне было более тридцати заведений, носивших название «Turk’s Head» и различных вариаций: «Sultans Head», «SultanessHead» и так далее. Кроме того, использовались имена правителей Оттоманской Империи, например, Murad the Great. На вывесках в этих случаях была изображена голова человека с восточными чертами лица и в тюрбане. Для пущего эффекта помимо кофе в таких местах подавали шербет – прохладительный напиток из фруктовых соков, экстрактов цветов или трав.

Однако самым ярким примером ориентализации приятного времяпровождения в Англии стало распространение турецких бань. В средние века помывочные и парильные заведения были в Европе довольно обычным явлением. Говорят, что в XIII столетии в Париже имелось не менее тридцати бань, а в Сазерке (Southwark), что на южном берегу Темзы, их насчитывалось восемнадцать. Однако к XVI веку они исчезли из городского ландшафта.  В 1526 году Эразм Роттердамский писал: «Двадцать пять лет назад самыми популярными местами в Брабанте были общественные бани… Сейчас не осталось ни одной – из-за чумы люди перестали туда ходить».

Средневековая баня

Но дело не только в чуме. Многие «потельни» превращались в публичные дома, где цвели венерические заболевания, в первую очередь сифилис, и городские власти предпочитали закрывать заведения. Однако уже в начале XVII столетия некоторые медики, то есть виртуозы, начали поговаривать о целебном воздействии горячего пара на человеческий организм, приводя в пример древних римлян и современных мусульман. Правда, для того чтобы возобновить эту практику, потребовались годы. В 1640-х годах английский парламент отказал доктору Питеру Чемберлену в выдаче патента на открытие турецкой парильни. Но энтузиасты рук не опускали, и в 1679 году в Лондоне появились хамамы.

Ох как славились эти заведения своим восточным колоритом! В 1710 году немецкий путешественник и ученый Захарий Конрад фон Уффенбах, пребывая в британской столице, счел необходимым посетить Royal Bagnio, ибо ему рекомендовали ее как «лучшее и чрезвычайно элегантное место, устроенное совершенно на турецкий манер».

Хамам

Помимо наслаждения целебным паром и волшебным антуражем посетители банных домов (которые нередко содержались при кофейнях) могли воспользоваться услугами массажиста (rubber), цирюльника (barber), специалиста по кровопусканию (cupper) и, естественно, выпить кофе. Правда, под невинной вывеской бани частенько скрывались дома терпимости, но об этом мы сейчас распространяться не будет, потому что есть кое что поинтересней, а именно…

Кофеборцы

Проникновение в повседневную жизнь англичан «басурманского зелья», конечно же, нравилось не всем. Сторонники отечественных продуктов и традиций усматривали в распространении кофе и прочих турецких штучек признаки стремительной деградации. Многие, указывая на опыт Древнего Рима, утверждали, что увлечение роскошью и излишествами приводит к падению нравов и последующему развалу государства. К тому же английский обыватель был наслышан о том, что в кофейнях Константинополя якобы царствует грех мужеложства, мол, владельцы заведений держат у себя симпатичных мальчиков для привлечения клиентов…    

Турецкая кофейня
В многочисленных памфлетах, наводнивших прилавки книготорговцев, остряки писали следующее: «Англичане, как обезьяны, подражают повадками других народов… Словно рабы подчиняются они обычаям даже турок и индусов». При этом кофе они называли «потом негров», «кровью мавров» и частенько сравнивали напиток, пардон, с экскрементами.

Впрочем, ничего необычного в этом нет. Людям консервативно склада требуется долгое время, чтобы привыкнуть к новшествам, однако привыкнув, они уже воспринимают чуждый некогда элемент как нечто естественное, без чего и жизнь представить себе нельзя.

Тем не менее об одном событии, немало позабавившим современников, упомянуть просто необходимо. Дело в том, что согласно научным воззрениям тех времен, кофе считался горячим и сухим напитком, то есть обладал качествами, свойственными фену для волос, и следовательно иссушал в потребителе все полезные соки, лишая организм функции размножения. Это обстоятельство очень взволновало женщин, которые принялись жаловаться на то, что их мужья, забыв про хозяйство и семейные обязанности, все свое свободное время проводят в кофейнях, а вернувшись домой, усталые, заваливаются спать. В этой связи в 1674 году по Лондону начал гулять прелюбопытнейший документ  под названием «Петиция женщин против кофе» (The Womens Petition Against Coffee).


«В свое время наши мужчины по праву считались самыми мужественными во всем христианском мире. Однако к нашей несказанной печали в настоящее время мы наблюдаем очевидный упадок исконной английской силы… Никогда еще мужчины не носили таких широких штанов, под которыми бы скрывалось так мало пыла… По нашему разумению, причина этого кроется в чрезмерном употреблении этого нововведенного,  отвратительного басурманского напитка, называемого кофе… который, иссушая жизненные силы, делает из наших мужей евнухов… столь же бесплодных, как и пустыня, где, как говорят, произрастают эти ягоды (кофе)».

В ответ на эти обвинения со стороны задетых любителей «нововведенного напитка» тут же был предложен памфлет, в котором утверждалось, что «кофе - безвредный и целебный напиток, который всемилостивый Творец ниспослал нам в тот момент, когда наш народ был опьянен духом мятежа и фанатизма (речь идет о революции и протекторате Кромвеля), дабы мы вкушали бодрость и веселье».

На мой взгляд, выпад женщин - много веселей и остроумней. Однако есть мнение, что его написал кто-то из мужчин-кофеборцев, причем, что весьма вероятно, сидя в одной из кофеен…

Но как бы то ни было, эта перепалка никаких последствий не имела, оставшись в истории кофе веселым разноцветным пятнышком. А вот что имело последствия, так это…

Читайте продолжение в нижеследующем сюжете.

(С) Денис Кокорин
________________________________________
Подписывайтесь на Занимательную Англию в соцсетях:
https://www.facebook.com/enjoyenglandblog
http://vk.com/enjoy_england
https://www.instagram.com/enjoy_england

Recent Posts from This Journal

Иссушает силы — как бы не так! Ровно наоборот. Даже киношный киноштамп появился, когда девушка или женщина после первого (второго, третьего) свидания приглашает кавалера в финальной части рандеву зайти к ней на чашечку кофе. Как правило, после этого кодового сигнала наступает (или подразумевается) постельная сцена.

Edited at 2017-02-28 03:52 am (UTC)
на чашечку чая ... обычно нет?

"Заходите на чашечку чая.
Выпьем сразу и снова нальем.
За душевной неспешной беседой
Каждый скажет о чем-то своем"
А про чай планируется такая же эпопея? Было бы очень интересно.
будьте так добры -
а первая цитата - откуда?
У меня кофейный интерес ))))
спасибо, но я сразу не соображу - а книга, источник? (процитировать хочу))))
Цитата полностью: Coffee-houses make all sorts of people sociable, the rich and the poor meet
together, as also do the learned and unlearned. It improves arts, merchandize,
and all other knowledge; for here an inquisitive man, that aims at good
learning, may get more in an evening than he shall by books in a month: he
may find out such coffee-houses, where men frequent, who are studious in
such matters as his enquiry tends to, and he may in short space gain the pith
and marrow of the others reading and studies. I have heard a worthy friend of
mine . . . who was of good learning . . . say, that he did think, that coffeehouses
had improved useful knowledge, as much as [the universities] have,
and spake in no way of slight to them neither.

Я немного сократил и перефразировал. Она есть в разных книгах. Например, в этой: http://bit.ly/2mHrPwM

Можете сделать свой перевод) Удачи!
огромное спасибо!
Я сейчас о будапештских кофейнях пишу )))