Чосер и нравы его времени



Вежливость, такт, политкорректность… На этих трех китах основывается принцип взаимоотношений между людьми в современном западном обществе. Но это, конечно, довольно молодая тенденция. В былые времена все обстояло совершенно иначе.

Для примера я выбрал любопытный отрывок из книги Йена Мортимера The Time Traveler's Guide to Medieval England. Британский историк предлагает читателям представить себе, что они оказались в XIV веке в одном из английских городов:

«Если вам случится говорить по-английски с кем-нибудь из местных, не удивляйтесь, если их язык покажется несколько грубоватым. В XIV веке люди называют вещи своими именами и не скупятся на выражения. Это, в частности, можно заметить, ознакомившись с названием мест и улиц (например, «Улица Сраного ручья» (Shitbrook Street) или «Ссаная аллея» (Pissing Alley)).

В одном из своих «Кентерберийских рассказов»* Джеффри Чосер описывает, как некий пылкий любовник, жаждая познать замужнюю особу, «caught her by the cunt» (это я переводить отказываюсь).


В другом эпизоде поэт приводит слова трактирщика**, обращенные к нему (Чосеру): «Твои сраные рифмы не стоят и дерьма» (Your shithouse rhyming isn't worth a turd).

Одним словом, язык повседневности отличается откровенностью и прямотой. И если кто-то добродушно похлопает вас по плечу и скажет: «Да будут благословенны твои штаны вместе с яйцами» (Your breeches and your very balls be blessed), не обижайтесь, потому что это – комплимент».

*Рассказ мельника:

Now, sir, and eft* sir, so befell the case, *again
That on a day this Hendy Nicholas
Fell with this younge wife to rage* and play, *toy, play the rogue
While that her husband was at Oseney,
As clerkes be full subtle and full quaint.
And privily he caught her by the queint,* *cunt
And said; "Y-wis,* but if I have my will, *assuredly
For *derne love of thee, leman, I spill."* *for earnest love of thee
And helde her fast by the haunche bones, my mistress, I perish*
And saide "Leman, love me well at once,
Or I will dien, all so God me save."

В русском переводе никаких непристойностей, конечно, нет:

И вот, друзья, случилось как-то раз,
Завел возню с ней Душка Николас
(Весь день тот был супруг ее в отлучке).
Сначала приложился Душка к ручке,
Но дальше – больше, волю дал рукам
(Умел он ублажать девиц и дам):
«О, утоли любви моей томленье,
Непереносны от тебя мученья!»
Вздохнул и обнял клерк ее за талью;
«О милая, я изойду печалью!»

** Эпилог к рассказу о сэре Топасе (правда, в этом варианте нет слова Shithouse, но раз историк утверждает, что есть – поверим ему):

"By God," quod he, "for pleynly at a word
Thy drasty rymyng is nat worth a toord,
Thou doost noght elles but despendest tyme.
Sir, at o word thou shalt no lenger ryme.
Lat se wher thou kanst tellen aught in geeste,
Or telle in prose somwhat, at the leeste,
In which ther be som murthe or som doctryne."

По-русски снова все пристойно – ругательства переводчик вложил в слово «проклятье»:

«Ну, если уж по правде говорить,
Так стих такой не стоит и бранить,
И нечего напрасно время тратить».
(Тут он ввернул еще проклятье кстати.)
«И прямо, сэр, в глаза я вам скажу,
Пока всем делом я руковожу,
Не дам задаром рифмами бренчать,
И коль рассказ взялись вы рассказать,
Так вот его и расскажите нам.
Вам слово, так и быть, вторично дам.
Пусть тот рассказ в стихах иль в прозе будет,
Но пусть он мысль и радость в сердце будит».